На крышу сарая жителя села Супонево вблизи Брянска по фамилии Маслов упала сигнальная ракета. Кровля загорелась, и «от возникшего пожара сгорел весь двор и имущество» брянца, как установил Верховный суд. Но компенсацию причинённого ущерба от воинской части мужчина не получил.
Об интересном судебном разбирательстве между гражданином и военными рассказала сегодня, 1 февраля, Объединенная пресс-служба судов общей юрисдикции Брянской области. Случай этот произошёл в селе Супонево близ города Брянска.
Правда, огненное происшествие случилось не на днях. А ровно… 100 лет назад — в начале 1926 года. И описан он был в газете той поры — в «Известиях» (1926 год, № 8).
Публикуем тоже ту заметку вековой давности. Или делаем её перепост, как сейчас бы сказали. Нам эта публикация показалась, как и коллегам, весьма интересной и сегодня. И, да, мы также бережно сохранили авторскую орфографию и пунктуацию.
«Ответственно ли военное ведомство за убытки, причиненные войсковыми частями во время учебных занятий?
Близ села Супонево, Брянской губ., происходили ночные маневры N-ской воинской части. Случилось так, что сигнальная ракета упала на соломенную крышу сарая, и от возникшего пожара сгорел весь двор и имущество кр. Маслова. В виду того, что страховая премия за сгоревший дом (90 руб.) далеко не покрывала причиненных пожаром убытков, Маслов предъявил к N-ской воинской части иск в 1.958 р. 50 к., подтвержденный оценочным актом местного сельсовета.
Брянский губсуд, однако, Маслову в иске отказал, мотивируя свое решение тем, что пожар произошел без уголовной вины с чьей-либо стороны, что истец получил страховку и что факт уничтожения огнем имущества истца опровергнут показаниями свидетелей ответной стороны (красноармейцев), удостоверивших, что все имущество было спасено.
Решение это было обжаловано Масловым, и перед Верховным Судом возник принципиальный вопрос об ответственности военного ведомства (с точки зрения 407 ст. гр. код.) за убытки, причиненные войсковыми частями во время учебных занятий.
Обращаясь к специальному законодательству по данному вопросу, Верховный Суд (председатель тов. Крамер-Агеев и члены т.т. Саврасов и Прокофьев) пришел к выводу, что военное ведомство отвечает за причиненные во время учебных занятий убытки независимо от виновности того или иного должностного лица, действовавшего или распоряжавшегося от имени военного ведомства. Только способ удовлетворения претензий потерпевших путем судебного решения допускается лишь в случае возникновения в военно-окружном совещании спора о размерах убытков.
Соображения эти подтверждаются полож. о военно-окружных совещаниях и инструкцией оценочным комиссиям по определению и оценке убытков от повреждений (потравы) войсками земельных угодий. Кроме того, постановление СТО о порядке отвода земель военному ведомству под лагери, стрельбища и полигоны также предусматривает возмещение убытков землепользователям.
Что же касается специальной инструкции, определяющей ответственность военного ведомства лишь за потраву, то это обстоятельство, по мнению Верховного Суда, не может служить поводом к тому, что за другой вред военное ведомство не ответственно, ибо эта инструкция вполне естественно предусматривает, как и всякий закон, наиболее массовые случаи, каковыми именно и являются потравы полей и сенокосов.
«Из этого, однако, не следует, что за причинение вреда в виде пожара военное ведомство не должно нести ответственности»
Верховный Суд поэтому пришел к заключению, что вопрос о возмещении убытков должен быть рассмотрен прежде всего административным порядком, т.-е. гр. Маслову надлежит обратиться в военно-окружное совещание соответствующего военного округа и лишь затем в случае возникновения спора о размере убытков обратиться в суд.
В виду приведенных соображений Верховный Суд определил решение брянского суда отменить и, возвратив ему дело, предложить приостановить производство до разрешения претензии Маслова в административном порядке в военно-окружном совещании».
Фото из архива «Брянского ворчуна»
