«Наши жены-медики не защищены от коронавируса в Брянском госпитале ветеранов!» – муж медсестры

Читать «Брянский Ворчун» в



Супруг одной из медсестер, которая решила отправиться на передовую борьбы с коронавирусом – в Брянский госпиталь для ветеранов войн, спешно переоборудованный под очередную клинику для больных COVID-19, рассказал главному редактору «Брянского ворчуна» Александру Чернову интересные и вместе с тем шокирующие подробности нелегких условий работы жены. Они вынудили мужчину несколькими днями ранее написать жалобу прокурору Брянщины Александру Войтовичу.

Беспредел и бардак Богомаза

На днях Сергей выложил в социальную сеть короткий видеоролик, который не оставляет равнодушным. Он полностью опровергает бодрые заявления властей Брянской области о наличии у медиков всех необходимых средств индивидуальной защиты от заражения коронавирусом. По крайней мере, у всех медиков, которые находятся, как сейчас говорят, «на передовой».

Мелькающие в кадре медсестры, среди которых и Лидия – жена Сергея, засняты в момент их подготовки к выходу в «красную зону». Так называется изолированный блок с больными коронавирусной инфекцией. Туда медсестры вынуждены направляться не в специальных «противочумных» костюмах, а в странных «не дышащих» одеяниях из полиэтилена и материи образца чуть ли ни Первой Мировой войны. Глаза медсестер прикрывают… строительные очки, а на ногах у них примотанные скотчем или лейкопластырем пакеты для сбора мусора.

«В этом аду работает жена нашего коллеги. Молчать — значит подвергать наших близких риску!! Кто же будет нас потом спасать???!» – говорится в пояснении к видео.

Сергей же направил заявление в прокуратуру Брянской области, в котором просит «привлечь к ответственности за халатное отношение к своим обязанностям директора регионального департамента здравоохранения Андрея Бардукова» и заодно «за данный беспредел и бардак» губернатора Александра Богомаза. С таким человеком «Брянский ворчун» не мог не поговорить.

Тем более что 25 апреля региональный оперативный штаб по борьбе с коронавирусом рассказал о гражданском и чиновничьем подвиге Бардукова. Тот, облачившись в современный костюм биологической защиты с крутым респиратором, о котором, как потом выяснилось, жена Сергея и ее коллеги могли только мечтать, тоже смело шагнул в «красную зону».

А «поработав санитаром», глава брянского облздрава сообщил, что в коронавирусной клинике госпиталя ветеранов устранены все имевшиеся там поначалу организационные трудности. Кто недоволен – тот просто клевещет. Эти и другие заявления медицинского чиновника заставляют Сергея терять самообладание.

— Когда моя супруга пришла в Брянский госпиталь ветеранов в первый день – это было 20 апреля, – вспоминает Сергей, – то будучи медиком с опытом, она невольно ужаснулась. Внутри помещения, включая процедурный кабинет, никто не убирает, дезинфекция не проводится – полный бардак. Одна санитарка, которая там работала на тот момент, ничего не успевала: как есть, так и есть. Так что помимо коронавируса там наверняка было полно и других, внутрибольничных инфекций.

— На выложенном вашими товарищами в Сеть видео мне бросилась в глаза странная одежда, в которую облачались ваша жена и другие медсестры перед выходом на ответственное дежурство, – сразу, в начале разговора заметил главный редактор «Брянского ворчуна» Александр Чернов. – До вашего ролика мне казалось, что медицинские защитные костюмы выглядят и устроены иначе…

— Не только вы заметили эту дикую несуразность! Это допотопные костюмы, которые, может, и защищают от «ковида», но такой тип защиты использовался очень давно.

Я попытался обратить на это внимание представителей различных партий, включая те, что принадлежат к системной оппозиции, — например, ЛДПР. Но в итоге они отказались предавать подобное огласке. Тогда я стал, не выбирая дипломатичных выражений, звонить на все «прямые» и «горячие» линии, не сдерживал эмоций – называл их трусами и подонками, говорил, что не прячусь в отличие от наших руководителей за спинами девчонок, одетых в мусорные пакеты. И пусть пеняют на себя, если вдруг что-то случится с моей женой в этой коронавирусной клинике.

— То есть мне не показалось, что на ногах у них обычные пакеты для сбора мусора?

— В том-то и дело. Не бахилы, как должно быть, а обычные мусорные полиэтиленовые пакеты!

Прокурор заинтересовался

— Жену и ее коллег уже трудоустроили по новому месту работы?

— Пока нет. Возможно, это произойдет во вторник, 28 апреля. На прежнем месте они написали заявления на отпуск за свой счет, а тут их еще не устроили. Зависли между небом и землей. Не дай бог что случится, то у них даже никаких страховок нет. Думаю, всех будут устраивать задним числом.

Надеюсь, прокурор Брянской области Александр Войтович, на имя которого я написал заявление, обратит внимание на эту ситуацию. Есть ощущение, что надзорное ведомство заинтересовалось моим обращением. Не зря мне на следующий день после подачи заявления звонил сам господин Коробко (заместитель брянского губернатора Александр Коробко, отвечающий в правительстве региона за создание благостной информационной картины – Прим. Ред.).

— И что он сказал?

— Ой, там вообще интересно было. Звонок с городского номера, оканчивающегося на «46». «Здравствуйте, – говорит, – Я по поводу вашей претензии. Что вас не устраивает?». Я в ответ: «Кто вы такой вообще? Представьтесь». Он напыщенно представился. Говорю тогда: «Всем я недоволен, потому что осведомлен, что там, в госпитале происходит на самом деле. Жена вся в слезах звонит, не знает, что делать, но она все равно идет и работает, рискует собой, потому что человек долга, хотя другие предпочли «заболеть» или сразу уволиться. А она так воспитана. На них орут: одевайте эти костюмы – других нет.

Рассказал я Коробко и про строительные респиратор и очки, которые выдали жене и другим вместо нормальных защитных средств. Они ж эти очки вынуждены скотчем, как и мусорные пакеты на ногах, приматывать! Чтобы щелей не было, все плотно должно быть. В итоге они несколько часов, пока находятся в «красной зоне», потом нещадно обливаются. Очки быстро потеют, их изнутри не протереть никак. Респиратор намокает, в нем вода появляется. А в пакетах, которые тоже «не дышат», ноги под конец смены сильно опухают и деревенеют.

Думать о работе, помощи больным в таких «защитных средствах» невозможно: голова не соображает, ощущается сильный недостаток кислорода. Наши девочки каждую минуту борются с тем, чтобы в обморок не упасть и самим головой обо что-нибудь не удариться. Так, сознание едва не потеряла в воскресенье, 26 апреля, одна из медсестер. Вовремя подхватили ее.

— Коробко поверил?

— Он надменно сказал: «Этого не может быть!». По его словам, были специально закуплены супермаски. Все остальное он также подверг сомнению. Ладно, говорю, Путин Владимир Владимирович сказал, что у нас действительно все для борьбы с коронавирусом есть, а если чего-то нет, то это недоработка местных властей. Коробко: ну вы же, мол, понимаете, что это все политика.

Надоело мне все, и я его в лоб спросил: «Вы не верите Президенту РФ?». Замгубернатора стал пыкать, мыкать, потом замолчал на мгновение и выдавил из себя: «Будем исправлять ситуацию». Но про бахилы заметил, что они будут только в середине мая. Дескать, ничего страшного: мусорные пакеты тоже вполне подходят.

Тут я снова не выдержал: «Вы вообще думаете, что такое говорите?! Как они могут подходить?! Это мусорные пакеты! Кроме того, они могут оказаться негерметичными и легко протереться за 7 часов хождения в них. Для заражения же дырочки достаточно. А очки? Если скотч порвется или отклеится, а с этим девчонки уже начали сталкиваться, то вирус легко может проникнуть через слизистую оболочку глаз. Но Коробко все равно не поверил. И поспешил закончить разговор: «Вам ответ письменно предоставить?».

Не надо, говорю, мне вашего ответа – не вам писал, а прокурору. Лучше не рапортуйте без конца, что шьете десятки тысяч классных защитных костюмов в Дубровке.

— Ну да, в таком вроде как костюме директор облздрава Бардуков как раз и ходил с инспекцией в госпиталь.

— Это было показательное выступление, не больше. Сказали ему идти после вашей критической публикации о парне из Севского района, который попал в этот госпиталь, и его там не лечили и не кормили, он и пошел «проверять». Надо было показать, что все хорошо. Супруга, когда его увидела, позвонила и смеется. Маска и респиратор на Бардукове, да, хорошие были: в них можно дышать. Вот только они с девчонками о таких защитных средствах только мечтать могут.

Посмеялась жена и когда прошло сообщение, что в госпитале всего 70 человек больных. Там несколько этажей – простые математические подсчеты показывают, что это не так. Впрочем, власти, наверное, правильно делают, что не устраивают панику на этот счет – дозированную дают информацию.

— Тут я с вами не соглашусь. Отсутствие полной информации оборачивается диким количеством слухов, которые в итоге оборачиваются против осторожничающих властей. Это социология, не я придумал.

— Ну да, рано или поздно негатив все равно наружу полезет. Лучше бы они одевали медсестер в нормальную одежду, дайте им обещанные деньги за опасные условия труда, обеспечьте всем необходимым в плане защиты, и никто рта раскрывать не будет.

Лидия долга

— Как Лидия попала в клинику для больных коронавирусом – добровольно или не очень?

— Исключительно по своей воле. Недели две назад она и коллеги написали заявления, что они готовы оказывать помощь в борьбу с этой пандемией. В приоритете были одинокие медработники и те, у кого взрослые дети. Те, у кого маленькие дети, как у нас – нашему младшему ребенку 4 года – не рассматривались. Плюс инвалиды и имеющие хронические заявления. Плюс кто-то сам отказался туда, а она твердо решила, что должна. И дело не в деньгах, которые пообещали власти. О деньгах Лида в последнюю очередь думает.

— Да и не те это деньги, на самом деле, ради которых можно и нужно рисковать здоровьем. Кроме того, стала появляться информация, что на местах начали вроде бы мудрить с обещанными дополнительными выплатами. Платить не полностью, а из расчета времени непосредственных контактов с коронавирусными больными. Выходят копейки.

— Именно так. Девчонки из других лечебных учреждений уже получили и прослезились – местное начальство им насчитало так, что они на руки получили даже меньше, чем получили бы на прежнем месте в обычном режиме работы. Если там они получали 20-25 тысяч рублей, то здесь 12-15 тысяч. Потому что по совместительству работают и официально на полставки.

— Но мы отвлеклись. Как жена приступила к работе в клинике?

— На Пасху ей позвонили и сказали: Лидия Сергеевна, идите завтра работать: поднимайте своих коллег и «в ружье». Она у меня старшая медсестра по основному месту работы: в подчинении у нее несколько десятков человек. Однако, как я уже упоминал, в последний момент еще несколько человек откололись. Нужного числа работников она в итоге не собрала. Но сказала, заплакав, что все равно пойдет к руководителю туда проситься: «Надо мне туда, надо!».

В первый день сказали приходить к 8 утра. Но там о них не вспомнили: просидели с восьми утра почти до часу дня, и к ним никто не подошел, даже инструктаж не провели. Потом приехал уже Бардуков и тогда началось. Стали обсуждать страховки, больничные трудовые договора. Бардуков начал юлить. Одна из девчонок начала его снимать на телефон. Он возмутился съемкой. Ему прямо ответили: вы потом обманете. В общем, он запретил снимать, но на диктофон все записали.

Надо отметить, что в первый день жене и ее коллегам первый и последний раз выдали нормальные защитные халата и респираторы – все одноразовое, на одну смену. Но и тогда на ноги они вынуждены были обычные черные мусорные пакеты, как армейские портянки, наматывать.

Потом уже стали выдавать вот эти, обычные старинные костюмы. Вирус они удерживают максимум 3 часа. А дальше – как повезет. На глаза им дали строительные маски, которые предназначены для защиты от мелкой металлической стружки при работе на болгарке.

Я предприниматель. Сейчас государство у меня забрало не только работу, но и супругу, и я не понимаю, как это государство не может ее одеть в нормальную защиту и не дать человеческий респиратор, вынуждает носить на ногах мусорные пакеты…

Пусть тогда помогает господин Богомаз, и его жена Ольга (на фото ниже), которая за прошлый год задекларировала 1,3 млрд рублей (если быть совсем точным, то 1 млрд 226,8 млн рублейПрим. Ред.). Есть еще «Мираторг», который пользуется всевозможными преференциями. Они что не могут хотя бы этот госпиталь обеспечить костюмами?! Двух быков продали и купили столько, сколько надо.

Если бы я был Богомазом, я бы все сделал, но купил из личных средств эти несчастные костюмы.

Дома не появляется

— Какой у жены график работы?

В «красной зоне» первый раз они должны были находиться с 11 до 2 часов ночи, не более 3 часов. Я не спал, ждал ее звонка. Потому что телефоны туда с собой они не берут. В итоге жену выпустили только в 5 часов ночи.

А так, график работы: день на протяжении 12 часов, потом ночь, и затем двое суток дома. Они могут ездить домой или проводить выходные дни в специально отведенном под эти цели санатории «Сосновый бор» в селе Домашово Брянского района. Их там корят, есть нормальные кровати, бытовые условия на уровне – вопросов нет.

— Подождите, после коронавирусной клиники они могут свободно передвигаться по городу, и никто насильно их в обсерватор не помещает?

— Да, могут уезжать домой из «Соснового бора»– их никто не держит. Могут на своем транспорте, как моя жена – у нее есть машина, а могут сесть в маршрутку и поехать домой. Им сразу сказали: «Вы же медики – сами все понимаете и знаете».

Но жена дома не появляется. У нас есть еще квартира в Советском районе Брянска, которую мы купили старшему сыну, но денег на ее ремонт нет – так она и стояла последнее время. В ней жена с двумя коллегами и решила временно пожить. День и ночь, когда работают, они туда приезжают, там отдыхают, а потом едут в «Сосновый бар», где можно немного отвлечься от бытовухи и погулять по лесу.

Но кто-то живет все время в «Сосновом боре». А другие девчонки, наоборот, снимают квартиры поближе к госпиталю – в новых домах на проспекте Станке Димитрова.

— Так понимаю, областной департамент здравоохранения компенсирует стоимость аренды?

— С чего бы вдруг?! Средства защиты или денег на них не выделяют, а аренду будут оплачивать? За свои все снимают! Это только на словах наши медики – герои, и они именно такими являются: молиться на них нужно.

Но на деле к ним отношение то еще…

Фото и видео: «Брянский ворчун», «Вдребезги32», «Коронавирус. Оперштаб Брянской области«

P. S. – Вчера вечером, когда это интервью уже было подготовлено к публикации, Сергей позвонил в редакцию и рассказал, что плюнул на все, поехал в специализированный магазин и купил Люде и 8 ее подчиненным-коллегам необходимое количество масок-респираторов с нормальными клапанами (по штуке на смену) – каждая по 400 рублей и многоразовые защитные очки, которые не нужно никуда приматывать. А также скотч, который как раз закончился, – для крепления все тех же мусорных пакетов: специальные бахилы так просто не достать.


«Наши жены-медики не защищены от коронавируса в Брянском госпитале ветеранов!»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.