Молодой брянский машинист Кирилл Шешеня со станции Сухиничи выводил из строя паровозы. Дважды намеренное вредительство сошло парню с рук — в силу его высокого партийного авторитета и крепкого служебного положения. Но в третий раз всё пошло не так, как он задумывал. Приговор — высшая мера наказания.
Непомерно суровые судебные приговоры выносили всегда. Часто это было ответом на вызовы того или иного времени, которое теперь кажется странным и даже диким. Но тогда были другие времена и совсем иные вызовы.
Так, например, в в конце 20-х и в начале 30-х годов прошлого века России и Брянщине, едва оклемавшейся от первой Мировой войны и Гражданской войны, банально не хватало промышленной техники, в том числе самых обычных паровозов. По-современному тепловозов с той лишь разницей, что паровозы столетней давности «ходили» на угле и даже дровах, а не на жидком топливе.
Об одном из вердиктов прошлого, которым молодого брянца и машиниста Кириллу Шешеню приговорили к высшей мере наказания — к расстрелу (сегодня такой вид наказания в РФ запрещен), рассказала сегодня, 7 февраля, Объединенная пресс-служба судов общей юрисдикции Брянской области.
Случай этот произошёл 95 лет назад на железнодорожной станции Сухиничи Западной железной дороги. Ошибки тут — насчёт названия подразделения «железки» — нет. В 1931 году Брянск и его окрестности входили в состав Западной области РСФСР, которая была образована в 1929 году на основе расформированной Брянской губернии. А спустя 6 лет Брянщины вошла в состав Орловской области, пробыв в ней до 1944 года.
О горькой судьбе брянского машиниста Шешени рассказала газета «Московская правда» (1931 год, №39). Публикуем ту заметку под названием «Вредитель на транспорте» полностью. И вслед за коллегам мы также бережно сохранили авторскую орфографию и пунктуацию этого интересного во многом текста, в котором зафиксировано печальное отражение былой эпохи.
«25 ноября машинист ст. Сухиничи, Западной жел. дор. Кирилл Шешеня получил наряд на поездку на паровозе серии «Э» № 22259. Паровоз был в полной исправности, но Шешеня заявил, что песочница паровоза испорчена. Песочницу исправили. Через некоторое время Шешеня, выехавший из депо, чтобы набрать воды, вернулся и заявил, что песочница не работает. Оказалось, что в трубу песочницы кем-то был брошен железный болт.
Произведенное дознание установило, что в практике машиниста Шешеня этот случай далеко не единичен. В течение сравнительно короткого времени он вывел из строя два паровоза. Его положение секретаря местной партийной ячейки исключало подозрение во вредительстве с его стороны, но в связи с третьим случаем 25 ноября, который был далеко не случаен, было предпринято расследование работы Шешени на транспорте и выяснение его личности.
Оказалось, что Шешеня сын жандарма, что он пробрался в комсомол, скрыв свое происхождение и что с той минуты, как он укрепил свое служебное положение, он принялся вести контрреволюционную агитацию среди машинистов, а затем под влиянием советов своего отца, с которым он не порывал связи, вступил на путь прямого вредительства.
Линейный суд Западной жел. дор. (дело рассматривалось на ст. Брянск в клубе имени Ленина в порядке показательного процесса) отметил в своем приговоре, что на ряду с небывалым подъемом рабочих транспорта на выполнение путем ударничества и соцсоревнования транфинплана участились случаи вредительства на транспорте со стороны классово-чуждых элементов, и что поэтому преступление, которое совершил Шешеня, требует самых суровых мер социальной защиты. Принимая однако во внимание молодой возраст подсудимого, суд приговорил его к лишению свободы на 10 лет в исправительно-трудовых лагерях.
Московская транспортная прокуратура опротестовала этот приговор, настаивая на применении к осужденному высшей меры социальной защиты — расстрела».
Когда сын ответил за идеи отца.
Ранее мы рассказали в рубрике «Этот день в истории», как в Супонево во время ночных манёвров сгорел сарай брянца Маслова.
Иллюстрация — фото 1895 года «Крушение поезда и паровоза на парижском вокзале Монпарнас»
