Как ковидный госпиталь из абсолютного страха пациента-колясочника превратился для брянской журналистки Поцелуевой в терпимую реальность

Читать «Брянский Ворчун» в

Не так давно моя коллега, журналистка Елена Поцелуева, которая уже 10 лет после жуткой автокатастрофы передвигается в инвалидной коляске, оказалась в ковидном госпитале. У неё диагностировали двустороннее воспаление лёгких с признаками COVID-19. Она из тех людей, для которых этот вирус — не только большие проблемы со здоровьем, но ещё и сковывающий страх оказаться в больнице в качестве абсолютно беспомощного пациента.

По дороге в больницу, трясясь в карете «Скорой помощи», Елена успела написать в социальных сетях: «Страшный сон стал явью!». И вдобавок ролик в сторис Инстаграм залила. Настоящий блогер: большое поражение лёгких, настроение от плохого предчувствия ни к черту, самочувствие на уровне плинтуса, но пальцы все равно тянутся к клавиатуре смартфона.  

Чего боялась Лена? Сбылся ли на самом деле её страшный сон? И как сейчас себя чувствует журналистка?

Обо всем по порядку, но сначала о том, как парализованная девушка на новогодних праздниках выхаживала подхватившего ковид мужа Семёна. Молодые люди поженились, к слову, немногим больше года. 

Семен заболел очень «удачно» — второго января. С того, что поднялась небольшая температура — 37,2. Как водится, вызвали  участкового терапевта. Врач выписала противовирусные, антибиотики, таблетки от кашля, померила сатурацию лёгких и заверила, что необходимости ехать на компьютерную томографию лёгких нет. Мол, с момента заболевания прошло слишком мало времени. КТ все равно ничего не покажет, даже если что-то там и есть.

Молодые люди поверили и стали лечиться дома. Неделю пытались выкарабкаться сами.  Лена в инвалидной коляске, с парализованными ногами, спиной и пальцами рук, как могла ухаживала за мужем. Обычно ОН для неё первый помощник. А тут пришлось поменяться ролями.

В дом к семейной паре никто не заходил. Когда мужа нет дома (он часто бывает в командировках к тому же), Лене помогает мама и временная помощница. Но тут перспектива заболеть ковидом никого не радовала. Лену с мужем попросту БОЯЛИСЬ навещать.

Неделю Семен послушно принимал назначенные лекарства. Однако болезнь не отступала. Температура сбивалась плохо. В одну из ночей она была очень высокой. Пришлось вызвать скорую.

Мужчину отвезли на компьютерную томографию, которая показала поражение лёгких около 30%.  Врач назначил Семену новые антибиотики, выдал жаропонижающие, разжижающее кровь средство, противовирусное и отправил домой. Лечиться дальше.

Дальше становилось всё хуже. Таблетки не помогали. Температура с каждым днём росла,  снова сбивалась плохо. И совсем ненадолго. У  Семена пропал аппетит. А это был уже серьёзный повод для волнений. В какой-то момент даже таблетки запить стаканом воды стало проблемой.  Открывалась рвота. Чуть позже присоединилась диарея. Он часто и тяжело дышал. Постоянно не хватало воздуха.

Лена  очень переживала за мужа. Не скрывает, что боялась заразиться сама. Старалась не думать: что будет, если…

Когда Лена увидела, что ногти на руках у мужа стали синеть, уговорила его вызвать скорую и отправиться на повторное КТ.  Томография показала уже 50 процентов поражения легких. Семёна госпитализировали,  а Лена выдохнула: «Теперь он под присмотром врачей. Ему там непременно помогут!».

Через 2 недели мужчину выписали. Почти полтора месяца он был на больничном, потому что лечил последствия. Лена уверена: если бы попал в больницу раньше, их можно было бы избежать.

Вот почему, заболев сама, девушка не стала заниматься самолечением. Спустя несколько дней по скорой отправилась на КТ. У неё было «всего» 25% поражения легких. Но на предложение доктора лечиться дома ответила отказом. Лена — особенный процент. У лежачих больных негативные процессы в легких разбиваются с молниеносной скоростью. Сегодня 25 процентов, а завтра уже все 50.

Девушку госпитализировали.  По дороге в больницу она прокручивала вопросы, на которые не было ответов (ну и блогерство не оставляла): «Будет ли там  специализированная кровать?».

Дома у Лены функциональное спальное место с пультом. Она не может сама подняться и сесть. У ее кровати автоматически поднимается изголовье.

Но кто ее будет сажать в ковидном госпитале? Там ни до кого, рассказывали знакомые. Будут ли там помогать и как часто? Есть ли в больнице инвалидная коляска? Сможет ли она в нее самостоятельно пересесть и пользоваться? Как быть с туалетными делами?..

Дома Лене помогают  выводить содержимое мочевого пузыря и кишечника с помощью трубки или механически.

Как самостоятельно справляться с заменой памперса?

Последний раз в брянской больнице Лена лежала 10 лет назад, когда получила травму. Но  тогда рядом все время была мама или кто-то из родственников. А теперь ковидный госпиталь, «красная зона», куда никого не пускают.

У медсестёр своей работы хватает. Они же не могут каждый час бегать к парализованной девушке, чтобы помочь съесть, произвести туалет, одеться, поменяться,  поесть, попить… И ещё сделать кучу дел, с которыми здоровый человек справляется самостоятельно, не задумываясь, а  полупарализованному нужна помощь.

Все эти страхи крутились в голове Лены, пока она не попала в палату, не познакомилась с соседками и медицинским персоналом.

Кровать, действительно не была функциональной. Даже не было металлического гусака, за который можно схватится и приподняться.

В палате оказалось довольно тесно: пять коек, и все заняты, узкие проходы, холодильник у самого входа. Его пришлось двигать, когда девушку завозили на каталке.

С мыслью переправить домашнюю инвалидную коляску в больницу Лена быстро распрощалась. Ее там просто негде поставить. Тем более что из-за частичной парализации рук она пользуется  электрической коляской, которая больше и тяжелее обычной.

Перспектива безвылазно провести две недели, а может и больше на кровати, как Емеля на печи,  девушку не радовала. Но делать нечего. Она сама попросилась в больницу. Дома мама, у которой серьезные хронические заболевания.

Лена начала потихоньку осваиваться и приспосабливаться. Кровать, конечно, не помощник, но хотя бы не на проваливающихся пружинах, как в советские времена. Новая и с жёстким матрасом. Но  тут опять палка с двумя концами. С одной стороны, на такой поверхности удобно (не утопаешь), а с другой стороны, плохо — надо чаще менять положение, чтобы избежать риска появления пролежней.

Чаще переворачиваться — значит беспокоить медицинский персонал, а Лена не привыкла быть обузой.

Правда, медсестры в госпитале оказались очень адекватными и внимательными. Вошли в  положение, что парализованному человеку без помощи никак. Часто подходили, спрашивали: надо ли что-то, иной раз сами предлагали помощь.

Соседки по палате говорили, что такой хороший персонал не везде. И им невероятно повезло попасть именно в этот госпиталь.

Врач попалась тоже компетентная. Взяли все анализы, посмотрели, что бактериальная инфекция не присоединилась, антибиотики назначать не стали, чего Лена очень боялась.

Довольно быстро журналистка пошла на поправку и, когда тест на ковид  оказался отрицательным, ее выписали.

В госпитале Лена пролежала десять дней. Конечно, было не просто.  Ей помогали и соседки по палате, и медсестра, и санитарочки.

Выписавшись, девушка резюмировала: «Не так страшен черт, как его себе иногда молюешь. Все преодолимо, если  тебя окружают добрые неравнодушные люди, готовые протянуть руку помощи».

Сейчас самочувствие Лены удовлетворительное, но постковидную слабость и быструю утомляемость никуда не денешь. Впереди долгий пусть восстановления…

Однако, самое страшное уже позади. И это главное!

Оригинал текста вышел на сайте «7х7 — Горизонтальная Россия»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Темы: , , , , , , , ,