Невольное предсказание насчёт своей незавидной судьбы, ставшее вдруг интернет-мемом, талантливый художник из Брянска Иннокентий Курбатов сделал около 10 лет назад. Во время дурашливого интервью, которое он дал на улице местному блогеру. Это произошло рядом с Пролетарским сквером в Бежицком районе столицы региона, в котором примерно за два года до того молодой мужчина случайно взорвал гранату разбитной приятельницы.
Уличное интервью у Иннокентия Курбатова, которому на тот момент было около 37 лет, блогер взял в связи с разгоревшимся в 2016-2017 годах в городе Брянске громким общественным конфликтом. Тогда власти выдали неожиданно разрешение на масштабную вырубку взрослых каштанов и других деревьев в расположенном при въезде в Бежицкий район (Бежицу) областной столицы Пролетарском сквере. Дабы на их месте возвести очередную церквушку.
Бежичане и другие брянцы, среди которых немало было ветеранов труда и войны, экологических и просто общественных активистов, встали горой. И смогли в итоге предотвратить в значительной степени «избавление» Пролетарского сквера от его естественной зелёной красоты. Одним из тех, кто публично — на улице, во время интервью блогеру — высказался по теме возникшего конфликта, стал брянский художник Иннокентий Курбатов. Сделал он это, правда, своеобразно, потому как был, вероятно, не совсем проспавшимся.
Короткого ответа, на который рассчитывал бойкий интервьюер, не вышло. Курбатов пустился в пространно-витиеватые рассуждения о «конструкции мироздания» и «несовершенстве социальной структуры и российского законодательства». Также он зачем-то сообщил блогеру, где живёт (видимо, из-за нахождения рядом со своим домом), и свой возраст — но не только, что потом в том или ином виде повторял наверняка неоднократно в разговорах с разными людьми:
«Мне 46 лет, что ты хочешь? У меня 29 июля День рождения, исполнится 47 лет. У меня, кстати, квартира 47‑я.
Наверное, в 47 лет я и умру. Хотя вряд ли. Я не убиваемый».
Но те слова Курбатова, правда, 10 лет назад мало кто воспринял всерьёз. Хотя короткие нарезки из видеоинтервью с ним быстро разлетелись по Интернету, став невероятно популярными: Кеша стал настоящей «звездой» Всемирной паутины, а его цитаты превратились в смешные мемы. Просто публике больше понравились философские экзерсисы Иннокентия про «конструкции мироздания» и «несовершенство социальной структуры и российского законодательства»… Хотя именно сказанные им вскользь слова — про возможную смерть в 47 лет оказались, невольно и к большому сожалению, как раз пророческими.
В июле этого года Иннокентию Курбатова исполнилось 47 лет. А на днях выяснилось, что он, заключив контракт на военную службу, недавно погиб на фронте СВО. Примерно через месяц после отбытия «за ленточку». Как и при каких обстоятельствах случилась беда, его близкие не уточнили. Они только констатировали факт, сославшись на информацию от сослуживцев брянского художника, которые многие годы морально и без успокоения для себя метался по жизни, желая, как он сам говорил, принести «хоть какую‑то пользу этому миру».
Иннокентий был, что называется, поцелован Богом в макушку. С детства он классно рисовал, окончив художественные школу и училище, затем сам преподавал юным художникам. Но с годами всё больше вёл себя по-разному. Надолго уходил жить в православные монастыри, где писал иконы, пас скот, выполнял другую тяжёлую работу-послушничество, помогал монахам на кухне. Тем самым, предполагают родственники Курбатова, он искал свой жизненный путь и, быть может, внутреннее умиротворение. Его всё время тяготило некое «родовое проклятие», о котором Иннокентий постоянно упоминал.
А в 2015 году, как сообщала тогда пресс-служба Брянской областной прокуратуры, 35-летнего Курбатова судили. В рамках уголовного дела о взрыве гранаты-«лимонки», прогремевшем в том самом Пролетарском сквере брянской Бежицы в середине весны 2014-го. Иннокентию было предъявлено обвинение в хулиганстве и причинении тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности. Его 40-летняя брянская подруга Ирина Азаркина, по версии следствия, где-то незаконно купила гранату Ф-1 и 8 патронов «Парабеллум». Их она несколько дней хранила у себя дома, а 17 апреля 2014 года привезла зачем-то, будучи в хорошем подпитии, в Пролетарский сквер.
Там, рядом с остановкой общественного транспорта «Улица Брянской Пролетарской дивизии», взрыв и прогремел. После того, как Азаркина показала и передала боеприпас Курбатову и другому знакомому.
Но погибнуть Иннокентию Курбатову суждено было всё же только через 12 лет. Как он сам и предсказал в уличном интервью брянскому блогеру.
